Любое конкретное качество природы политических отношений, позволяющее считать его социально-экономическим, а равно и политическим -  не есть нечто присущее природе политики объективно. Оно может быть обусловлено направленностью нашего наиболее значимого интереса, формирующегося в рамках практического опыта, к оценке которого мы прибегаем в каждом отдельном случае.

Каждое явление обретает собственное политическое содержание только через приписывание ему значений, свидетельствующих о возникновении  достаточного политического импульса взаимодействия государственной властью. Ранжирование субъектом различных событий в рамках выбранной им системы политических отношений, а также использование им в этих целях определенных оценочных характеристик, есть видимое свойство природы политических отношений.

Смысловой компонент всегда закреплен в конкретном политическом акте, а его содержание, характер и другие значимые параметры  непосредственно обусловлены качеством идеологии агента. Природа политических отношений может здесь рассматриваться как социальный феномен, формирующийся в процессе осуществления политической коммуникации. Социальная природа политической коммуникации формируется абстрактными символами, представляющими из себя ту форму выражения природы политических отношений, через которую социальные субъекты наделяются необходимыми для осуществления политических коммуникаций возможностями.

Выстраиваясь на основе соотнесения рациональных умозаключений с разнообразными чувственными формами восприятия, символы обеспечивают человеку способность рассматривать каждый конкретный факт как проявление целостного образа природы политических отношений. Затрагивая весь спектр социальной деятельности политического агента, символы формируют у него то субъективное отношение к реальности, которое обеспечивает индивидуальный характер его существования в публичной сфере власти. Символы составляют идейную основу идентификации человека в политическом пространстве, и его базовые реакции на возможные конфликты с властью. Именно символическая коммуникация, выражая особый тип властного отражения, раскрывает ядро природы политических отношений.

Независимо от своего идейного содержания, символы отображают понимание человеком силы и ресурсов верховной власти, а следовательно, осознание им потенциальной угрозы применения по отношению к нему насилия в случае несовпадения его идеологических позиций с целями государственных институтов. Такое возможное принуждение не только задает человеку иерархию социальных целей и значений в политике, но и способствует уточнению его личных позиций по отношению к власти.

Сочетание свободы в выборе своей внутренней позиции с пониманием приоритетной силы власти и создает ту специфическую коммуникацию человека с политическими институтами, при которой регуляция как практической, так и интеллектуальной его активности осуществляется за счет потенциального применения насилия.

Человек может менять убеждения, партийные пристрастия, но при этом неизбежно вынужден считаться с позицией государства, которая при всей широте общественного выбора способна существенно ограничить проявления политически не сообразующихся с официальными подходов.

Природа политических отношений обусловливает и социальные границы политического пространства. Как только символическая направленность приобретает форму действительности, исключающую свободное определение политическим агентом своих позиций, политика начинает конвертироваться в иные способы социального регулирования - авторитарную диктатуру, систему жесткого законодательно-правового регулирования или иных механизмов давления.

Понятие природы политических отношений охватывает не только коммуникации общественных структур в политической области, но и  всю сферу властной вертикали, вокруг которой и выстраиваются все механизмы политической власти.

В основе природы политических отношений формируются все компоненты осуществления властных полномочий и организация политического пространства страны, система принятия решений, которые полностью определеют перспективы устойчивого политического развития.